Николай Второй

УЖАСНОЕ БУДУЩЕЕ КАЦАПИИ:

ЦАРЬ НИКОЛАЙ ПРЕДУПРЕЖДАЕТ О ГРЯДУЩЕМ

(Пророчество наших дней)

В последние годы среди православных распространилось убеждение, что наша Богом хранимая Россия [Кацапия – Б.Л.] застрахована от грядущих потрясений, по крайней мере, крупных. Что каким-то сверхъестественным образом в стране сгинет т. н. демократия с либерализацией, появится православный государь, утвердится долгожданная монархия, и все мы избежим тех бед и катастроф, которые уготованы всему остальному безбожному и апостасийному миру. Дескать, нас, конечно, потреплет лихоманка, но, не более того, отделаемся минимальным ущербом. А потом, когда вся планета будет содрогаться в объятиях антихриста, Россия отвоюет себе свободу, утвердится как православная империя и благополучно дождется Второго Пришествия Спасителя. Царь православный — это образ всадника на белом коне: “Я взглянул, и вот, конь белый, и на нем всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить” (Откр. 6; 2). Таким образом, надеемся, что, минуя страдания и муки, мы безболезненно взойдем в Царствие Небесное и примем вечные, вполне заслуженные венцы. Однако, похоже, что Господь подготовил нам перед ожидаемой радостью немало очистительных потрясений, поскольку мы все ещё далеки от того, чтобы стать достойными ожидаемых венцов. Нас ждет несколько иной сценарий развития событий, отличный от тех чаяний, в которые так нам всем хочется верить. И я, как автор, наверное, не рискнул бы написать об этом, дабы не навлечь на себя и моих собеседников упреки в прелести, если бы не делал этого в качестве послушания самому Страстотерпцу. Именно он обязал всех, кто будет иметь отношение к распространению этой информации, полностью выполнить свой долг. И я, как верное чадо нашей матери-церкви и подданный Императора, не осмеливаюсь ослушаться Царя-страстотерпца, дабы не навлечь на себя гнев Божий. Да простят мне мои братья и сестры, если я поколеблю их веру в скорое и безболезненное избавление от мук грядущего. В ночь с 28 февраля на 1 марта 2002 года Евстигнееву Андрею Анатольевичу в тонком сне явился сам Мученик и показал, что стоит у нас на пороге. Выполняя распоряжение Царя оповестить об увиденном верующих, он сообщил обо всем своему духовнику иерею Андрею Коврижных из Рязанской епархии, а тот привлек меня в качестве журналиста для подготовки материала. Но прежде чем дословно воспроизвести это откровение, скажем несколько слов о самом Андрее и о тех немаловажных событиях, которые предшествовали этому явлению. Евстигнееву 45 лет, у него пятеро детей. Работает он главным художником в одной полиграфической фирме, которая снимает офис в издательстве “Московская правда”, занимаясь выпуском литературы, в том числе и православной. В частности, были изданы такие работы, как “Размышления о Божественной Литургиии Н. В. Гоголя” и “Русская идеология и новое тысячелетие”, а также несколько книг о последнем Царе. Андрей является человеком воцерковлённым, по благословению Митрополита Рязанского и Касимовского Симона, периодически алтарничает в сельском приходе села Сабурово Касимовского района, где настоятелем является отец Андрей Коврижных, помогает ему исполнять требы. Тем не менее, как утверждает сам художник, в силу своего чрезмерного образования и обилия порой пустопорожних знаний долго не воспринимал страстотерпца Николая как святого, все сомневался да колебался. И Господь, являя особую милость, вразумил его удивительными событиями. Первое произошло 13 декабря 2001 года, как раз в день памяти апостола Андрея. Тогда Андрей, крепкий и совершенно здоровый человек, кстати, бывший десантник, участник боёв с китайцами и афганскими душманами, внезапно занемог. Он вошёл в кабинет начальника, чтобы отпроситься домой, сел перед его столом в кресло, наклонился и… умер. — Передо мной возник серебристый круг, который начал стремительно сужаться, — вспоминает художник. — Появился серебристо-голубой коридор, через который меня понесло ввысь. Я отчётливо осознал, что умер. Страха не было, только жалость к моей семье. Там, в ярком и золотисто-голубовато-зеленоватом лазурном пространстве, цветом, похожим на фон редких старинных икон, меня встретили шестеро светозарных сущностей — прекрасных ликов с крылами-руками. Они их сложили, протянули ко мне и приняли мою душу. Я испытал неземное блаженство и радостъ от несказанной любви, которая исходила от этих существ. Все мои страхи, отчаяния и переживания о земном мгновенно утратили значение, как пустое и никчемное. Вся земная любовь — это не любовь, а скорее самолюбие по сравнению с небесной. Причем все было абсолютно реально. А потом услышал голос: “Ты нужен на земле, твой путь не закончен. Иди и выполняй свой долг”. — Через мгновение, — продолжает Андрей, — я оказался в кабинете начальника, откуда и начал свое путешествие. Только на потолке. Оттуда, сверху, я увидел свое потемневшее тело с запрокинутой головой, которое приобрело серо-зеленый цвет. Вокруг него, как угорелые, носились мои коллеги: кто-то звонил в “скорую”, кто-то наливал воды, кто-то просто переживал. Все были очень напуганы, кроме меня. Я чувствовал себя нормально, насколько это было возможно в моем положении. И категорически не желал возвращаться в это чужое и гадкое тело, к которому испытывал чувство крайнего отвращения, особенно к улыбке, которая оставалась на лице. Один сотрудник, отпустив мою руку, произнес: “Андрей умер, не дышит, и сердце не бьется”. Знали бы они, что я живее прежнего! Но, так или иначе, я прозевал то мгновение, когда вошел в тело, словно голым в грязное чужое пальто. Тут же почувствовал, как из него выделилось довольно много вонючей слизи по всей коже. И мне стало крайне стыдно и противно за свое поведение, за всю свою прежнюю жизнь. Полет меня полностью изменил, в одно мгновение. Я “приземлился” совсем другим человеком. Смерть длилась всего полторы минуты и ушла без последствий для здоровья. На другой день Андрей вышел на работу как ни в чем не бывало, физически абсолютно нормальным. Но духовно совершенно обновленным. Пройдя через столь благодатный опыт, он полностью изменился, поменяв свои жизненные ориентиры и ценности. Теперь он абсолютно не боится смерти, потери средств, не стремится к заработкам, светским “радостям жизни”, ведет более углубленную и внимательную жизнь. Он знает, что здешняя жизнь — совсем не та жизнь, ради которой надо тратить отпущенное ему время. Незадолго до откровения Андрей вместе с названным священником провел несколько напряженных дней. Он служил с отцом Андреем в Сабурове, потом участвовал в закладке камня в фундамент храма, возводимого в Рязани в память Царя-мученика, уже второго в этой епархии. Потом в Москве помогал устраивать сына батюшки в детскую клинику. И в ту ночь свалился на кровать буквально без ног, устремившись навстречу неведомому.

Теперь предоставим ему слово: “Это происходило в предместье крупного города на старинной усадьбе с верандой, где чудесным образом оказался и я: там царская семья вкушала чай и очень скромную трапезу. У всех розовато-светлые лица, одеты они были в очень чистые, местами заштопанные белые одежды. Общались трогательно и нешумливо то на французском, то на немецком языках. Когда они осознали, что я ничего не понимаю, перешли на родную речь. Запомнилось, что Царь был облачен в военный мундир без знаков различия, а царевич в косоворотку. Вот император встает, подходит и берет меня за плечи так, словно мы с ним старые друзья, и произносит: “То, что я тебе скажу, ты запомни, запиши и обязательно передай людям. Вот что скоро будет с Россией”. Он простирает руку и передо мной разверзается страшная картина, от которой сознание раздваивается. Часть остается на веранде, а другая половина становится участником этого кошмара: разрушенный город, очереди за хлебом, полевые палатки и кухни, в которых, кроме консервов, галет и баланды, ничего нет. Везде руины, гарь и смрад, разбросаны трупы, ходят военные с автоматами и в грязных маскхалатах. Буквально на все продукты монополия государства, особенно на водку, которую распределяют спецслужбы. Водка запомнилась особенно, ибо ее употребляли как панацею от всего этого ужаса. Она была главной ценностью, средством для затыкания ртов мечущихся людей. Военные владели всей ситуацией, были хозяевами в этом хаосе, причем я бы их назвал даже не военными, а военщиной, поскольку их лица были злобными и жестокими, со стальными глазами. И они больше походили на демонов, чем на людей. Меня обуял страх от осознания, что деться некуда, что все безысходно и безнадежно, тупиковая, неотвратимая и очень близкая всем нам ситуация, предвестник конца света для всех без исключения. Угнетался весь наш народ. Когда я в страхе прильнул к Царю, который находился с правой от меня стороны и немного сзади, как бы прикрывая меня от опасности, он мне сказал, что Россию ждут муки и страшные страдания, что мы находимся в преддверии конца. Потом добавил: «Передай всем, что мы страшно страдали перед смертью». И я вдруг почувствовал, что именно испытала царская семья в момент казни, но передать нет слов. Одно могу сказать, что эти муки сопоставимы с теми, которые испытывали наши солдаты, у которых афганские палачи живьем сдирали кожу. Это были страшные физические и душевные страдания, аналогичные тем, которые, по словам Николая II, отмерены и всем нам. Отмечу, что никаких намеков на возрождение России, мне явлено не было. Напротив, Император отчетливо произнес: «Уходите из больших городов. В них — смерть». При этом весь он излучал бездонную любовь и спокойствие, а в его голубых и бездонных глазах я буквально растворялся. И вот что еще. Я тогда понял, что в стране царила военная диктатура, что вполне естественно для начала боевых действий. Мне никто не сообщал, но я могу точно сказать, что почувствовал тогда внешнюю причину трагедии — военный переворот, причем к власти пришли угнетатели и гонители веры православной, антихристиане. Потом мне было показано, как будет спасаться моя семья. Мы все оказались в тонущей лодке. И в последний момент я сказал: “Пойдем по воде”. И мы пошли по воде на отдаленный остров, где находилось нечто подобное скиту. Царь показал, что уходить надо в отдаленные пустыни, монастыри, труднодоступные места, где собираться в общины и вместе спасаться. Это путь всех православных — как апостол Петр, без колебаний идти за Спасителем, не боясь опасностей. Каждый должен идти по воде со своим крестом и помогать друг другу”. Вот такая удивительная и благодатная история, которая, разумеется, придется по душе далеко не многим, отдающим приоритет земным делам. Она нисколько не противоречит нашим ожиданиям о восстановлении на Руси православной монархии… И сейчас надо не расслабляться в предвкушении восстановления монархии, а готовиться к тяжким испытаниям. Как? Об этом же сказал Царь: ехать в глухую провинцию, создавать общины, собирать единомышленников, запасаться провизией, топливом и лекарствами… Для этого остается совсем мало времени, почти ничего. Трудно сказать, какой именно город находился в видении Андрея — Питер или Москва. Но так или иначе, оба эти города, согласно пророчествам, ожидает незавидная судьба. Первый, как утверждают, сгинет без следа, и на его месте разольется море. А столица, говорят, провалится.

О том, что Москва провалится здесь:http://yahovor.arbat.name/?page_id=1614

Еще в ноябре 2000 года иеросхимонах Рафаил (Берестов) в личной беседе сообщил мне, что восстановление Руси [Кацапии – Б.Л.] произойдет только после гонений на православных христиан и последней мировой бойни. Царь явится в качестве “противовеса антихристу”, который к тому времени воцарится в мире. Как именно это произойдет, описывает служка преподобного Серафима Саровского Н. Л. Мотовилов в письме Государю Императору Николаю II: “…но когда Земля Русская разделится, и одна сторона явно останется с бунтовщиками, другая же явно станет за Государя и Отечество и Святую Церковь нашу, а Государя и всю Царскую Фамилию сохранит Господь невидимою десницею Своею и даст полную победу поднявшим оружие за Него, за Церковь и благо нераздельности Земли Русской, — то не столько и тут крови прольется, сколько когда правая за Государя ставшая сторона получит победу и переловит изменников, и предаст их в руки Правосудия, тогда уже никого в Сибирь не пошлют, а всех казнят, и вот тут-то еще больше прежнего крови прольется, но эта кровь будет последняя, очистительная кровь, ибо после того Господь благословит люди Своя миром и превознесет рог Помазанного Своего Давида раба Своего, Мужа по Сердцу Своему …”

Толкование этого пророчества преподобного Серафима Саровского здесь:http://yahovor.arbat.name/?page_id=2668

Царь длительное время будет удерживать от антихриста Русь [Украину-Русь – Б.Л.], превратив страну в своего рода убежище от антихриста, ту самую пустыню, где будет прятаться от врага жена: “И даны были жене два крыла большого орла, чтоб она летела в пустыню в свое место от лица змия и там питалась в продолжение времени, времен и полу времени” (Откр. 12, 14).

Напомним, что ныне герб России — именно Византийский орел, который должен дать спасение жене. Об этих крыльях большого орла написано здесь:http://yahovor.arbat.name/?page_id=1619

А жена — это та самая Филадельфийская церковь (Православная), о которой написано: “И как ты сохранил слово терпения Моего, то и Я сохраню тебя от годины искушения, которая придет на всю вселенную, чтоб испытать живущих на земле” (Откр. 3; 10). То есть оградит нашу церковь Господь от гнета антихриста, сделает ее неприступным станом…

О Филадельфийской Церкви написано здесь:http://yahovor.arbat.name/?page_id=1575

Тут важно понимать, что под церковью, согласно учению отцов, следует понимать не обязательно всю совокупность иерархов, клириков и мирян, а тех, кто не приемлет духа антихриста ни в каком виде, будь то экуменизм, “религиозная толерантность” или глобализм со всеми его “прелестями” — ИНН, пластиковыми карточками, штрих-кодами, чипами и другими идентификаторами. А “упертые” поврежденные православные христиане по пророчествам греческих старцев станут жертвами последней мировой войны, которая будет тем самым пламенем, в котором сгорят отсохшие бесплодные ветви. Когда разразится мировой пожар — одним масонам известно. Дата наверняка определена в их документах и протоколах. Но лично у меня после знакомства с эмоциональным рассказом Андрея сложилось впечатление, что это случится очень скоро, гораздо скорее, чем я думал, планируя дожить без войны хотя бы до конца текущего года. Прикровенно об этом говорила монахиня Алипия, старица Голосеевская, которая предсказывала Чернобыльскую катастрофу, но в ответ получала насмешки. Наше ближайшее будущее она описывала так: “Это будет не война, а казнь народов за их гнилое состояние. Мертвые тела будут лежать горами, но никто не возьмется их хоронить. Горы, холмы распадутся, сровняются с землею. Люди будут перебегать с места на место. Будет много бескровных мучеников, которые будут страдать за Веру Православную. Война начнется на апостолов Петра и Павла. Будете лежать: там рука, там нога… Остается лишь молиться и надеяться, что беда не разверзется над нами уже в ближайшие месяцы. 3авершая материал, должен добавить еще об очень знаковых событиях, совершившихся после этой беседы с Андреем. Вместе с батюшкой он в тот же день выехал на машине в Касимов. И по дороге их автомобиль чудом не был раздавлен встречным “КамАЗом”, который шел на таран. Легковушка слетела с дороги и приземлилась в поле, но Господь сберег — оба отделались лишь легкими ушибами да повреждением глушителя. Так мстил дьявол за разглашение его планов. Дома же их ждала великая радость и утешение. Священник Андрей “случайно” открыл №16 сборника “Сербский Крест” и там на последней странице Андрей впервые увидел икону Царской семьи в белых одеждах. — Они были точно такими! — воскликнул он. Рядом текст гласил о том, что при написании этой иконы художнице Татьяне был мужской голос: “Скажи об Апокалипсисе”. Заметим, что этот образ, перед которым афонский иеромонах Нифонт получил исцеление от тяжелого астматического приступа, также “случайно” пребывает в Рязанской Свято-Никольской богадельне, где строится храм Святым Царственным Мученикам. Итак, все, что нам было велено передать, мы передали, добавили и свои размышления. Поручение Императора выполнено.
Игорь Смелков.

Без коментарів.